|
Меня зовут Любопытство
Это я убил Склодовскую-Кюри
Смерть модных курортов – Кладбище атомных субмарин – Последний Наутилус – Штраф-менеджер удаляет файлы
Каждый отдыхает по-своему. Кто-то дергается на электрическом танцполе, поджаривая свои синапсы на вечеринке с друзьями. Кто-то улетает в Тибет и в кислородной маске штурмует горы в поисках убежища последнего ламы. Кто-то берет ящик пива, корзину чипсов и посвящает свободное время такому увлекательному занятию, как массаж пульта от телецентра.
У Энди были свои представления об отдыхе. В свое время он любил путешествовать, пока не нашел, что вышколенные официанты одинаково хороши и в Индийском Тибете, и в Гренландии и, тем более, в Северной Америке. Масс-фуд одинаково скучен, а гренки с беконом одинаково восхитительны во всех частях света. А раз так, то какой смысл ехать за жареным свиным мясом на край света?
Энди любил отдыхать от людей. Он знал, что хороший лидер не тот, кто любит людей, а тот, кто не опускается до ненависти к ним. Душа компании может оставаться душой, только при условии регулярного перерыва на одиночество. Заприте людей в четырех стенах и не выпускайте их оттуда, и вы получите банку с пауками, в которой через некоторое время останутся лишь куча обглоданных лапок и одна жирная сволочь.
Энди не был жирной сволочью и не собирался им быть. Но менеджеру его уровня трудно было найти место на земном шаре, где не нашлось бы знакомых лиц. На лыжных курортах Энди встречал директоров по маркетингу, и они загружали его планами продвижения. В роскошных аквапарках он сталкивался с секретаршами из собственного фан-клуба и мирные медитации у фонтана заканчивались дикими оргиями в бассейне. А что делать? Иначе его просто обвинили бы в дискриминации по половому признаку.
Однажды он забрался на ледник на высоте семи тысяч метров и встретил там отдел контроля и ревизии в полном составе. Контролеры радостно поприветствовали Энди и сообщили, что тоже ищут последнего ламу, исчезнувшего десятки лет назад вместе с послушниками и пагодой белого цвета.
Тогда в голове у него что-то щелкнуло. Он понял, что больше нет никакого смысла искать телесное воплощение Будды в ледниках, где стоят ларьки с сувенирами и ампулами чистого бензина. Он осознал, что курорты так же тесны и разделены на клетки, как и офисы. Пенопластовые мощи Колизея больше не манили его, пышные формы Тадж-Махала превратились в надувную куклу из секс-шопа. Модные курорты перестали быть местом, где Энди мог получить новые ощущения. Они перестали заряжать его энергией и волей к победе. В них теперь было не больше жизни, чем в глазах бухгалтера во время сдачи годового отчета.
Поэтому сейчас Энди отдыхал в новом месте. Оно было странным, но настоящим. Узнав о нем, многие сначала крутили пальцем у виска, но потом, опомнившись, вздыхали: "Это же Энди!".
Кладбище атомных подводных лодок лежит недалеко от Сан-Франциско. Проехать десять километров по заброшенной дороге, выстрелить световую ракету и ждать, пока подъедет патруль. Разумеется, эксклюзивно для Энди из Мултазкинг. Других просто расстреливают на подходах к периметру.
Из полураспиленных бортов, как кости, торчат шпангоуты. Под ногами гремят куски обшивки и упавшие переборки.
Многие подводные лодки лежат на боку. Их туши напоминают огромные цистерны с протекшими бортами или чудовищные металлические дирижабли, придавленные к земле силой притяжения. Энди видел парочку таких гигантов, когда посещал баллистическую платформу для запуска спутников.
Но платформа парила в стратосфере, и дирижабли висели там же, словно сверкающие металлом тучи. А атомные субмарины лежали на кладбище, с каждым годом погружаясь все глубже и глубже в песок. Их время прошло, и Энди оставалось только удивляться расточительности и безумному величию предков. Неужели никому с самого начала не было ясно, что ядерная энергия - тупиковая ветвь эволюции?
Внутри субмарин удивление исчезало. Энди чувствовал себя как дома в огромных металлических залах, в длинных тоннелях и глубоких колодцах. Они напоминали ему нефтеперегонные установки и шахты старой эпохи. Это было так романтично, что он даже решил приобрести себе маленькую шахту. Ну, или небольшую атомную субмарину для начала.
Энди выбрался наружу через брешь в борту и поднялся на ближайший корпус, чтобы осмотреть окрестности. Кладбище гигантов было велико и его нельзя было охватить взглядом. Но, к счастью, рядом лежал небольшой корабль. По сравнению с другими субмаринами он казался изящной подводной яхтой.
- Вот где я устрою зал для медитаций! - воскликнул Энди и вызвал патрульного офицера для консультаций.
- Это "Наутилус", сэр! – сообщил патрульный. – Мощная штука. Была.
- Наутилус, хмм… - задумался Энди. – Да, я помню его! Как же, как же, первая подводная лодка с электрическим двигателем. И харизматичный капитан Немо с не менее харизматичными спутниками – разве их можно забыть?
- Боюсь, вы ошибаетесь, сэр! Вы говорите о выдуманной субмарине из книги. А это реальная подводная лодка с первым атомным двигателем. Ее просто назвали в честь "Наутилуса".
- Это, наверно, большая честь?
- Да не очень. Такое имя носило много субмарин. Фактически, в каждой стране был свой "Наутилус". И не один.
- Интересно, - сказал Энди. Он подошел вплотную и попинал борт. Субмарина отозвалась глухим звуком. Выцветшая буква "N" белела на ржавой обшивке, как старый шрам.
- Атомный двигатель? Это скверно, – сказал он.
- Да, это опасно, - ответил офицер. - Но теперь все в прошлом. Здесь не найдется и пары изотопов. Мы проверяли.
- Это радует. Но скажи, а вот именно такой "Наутилус", как в книжке – его можно построить? Я хотел бы точную копию. К черту атом! К черту вредные технологии!
- Я не инженер, сэр! Но мне кажется, что нет.
- Почему?
- Как правило, техника, выдуманная писателями, нежизнеспособна. Это фантазеры, сэр, которые даже табуретку не могут описать без ошибок.
- Метко сказано, – согласился Энди.
- Я бы даже сказал, сэр, что они с трудом разбираются в устройстве собственного унитаза.
- Унитаза? – переспросил Энди. – Ах да, совсем забыл. Я просто уже давно перешел на вакуумные помпы. Это более совершенная технология.
Офицер не нашелся, что ответить. Энди отошел подальше, чтобы рассмотреть субмарину в перспективе. По сравнению с титанами, лежащими рядом, остов "Наутилуса" выглядел крохотной ржавой рыбкой.
- Я, кажется, влюбился, - пробормотал Энди. – Ты сказал, что "Наутилусов" было много. А ты, случайно, не знаешь, сколько их еще осталось?
- Боюсь, сэр, что ни одного! Во всем мире атомные субмарины пошли на переплавку. Только у нас, на Западном побережье сохранилось такое кладбище.
- Почему?
- Ну, говорят, потому что мы уже давно не испытываем такой нужды в металле, как бедные регионы.
- Это точно! – сказал Энди и вспомнил, каких усилий ему стоило подписание контракта со стальными королями. Это были жесткие, очень жесткие переговоры. Но Энди выжил и даже ушел с договором на неограниченные поставки черного металла. За это его и любили на работе. Его тяге к совершенству не было предела. И сейчас Энди снова почувствовал, как чешутся его уши. Это означало, что ему вот-вот предстояло сделать еще один шаг вверх, еще один шаг к совершенству.
- Да, это последний "Наутилус", - сказал патрульный офицер, глядя на свой планшет. – Последний "Наутилус" во всем мире.
- Отлично! – воскликнул Энди. – Я беру его!
- Но это военный объект, сэр! Он охраняется согласно межкорпоративной конвенции.
- После того, как он станет моим, он будет охраняться еще сильнее!
- Но, сэр… – воскликнул офицер.
- В любом случае, я полагаю, что этот вопрос следует уже решать не здесь и не с тобой! - улыбнулся Энди и зашагал к машине. Через пару шагов он обернулся и крикнул:
- А может, ты хотел бы стать капитаном? Капитаном на моем "Наутилусе"?
- Да, сэр! Так точно, сэр! – выкрикнул офицер и, неожиданно для себя, принял стойку "смирно", приложив руку к фуражке. А когда Энди уже сел в автомобиль, офицер вполголоса добавил: - Куда угодно, лишь бы подальше отсюда...
Автомобиль еще не выехал за границы кладбища субмарин, когда дисплей замигал. Это был штраф-менеджер. На свете не найдется служащего, который бы смог игнорировать такой вызов. И Энди тоже не смог.
- Да? – спросил он.
- Энди, я не могу тебя прикрывать постоянно! – воскликнул штраф-менеджер.
- Извини, но разве я просил тебя об этом? – удивился Энди.
- Энди, я все понимаю, все! Тебе надо отдохнуть. Но другие об этом не думают. Они ищут, копают, роют землю.
- Что?
- Тут все на ушах стоят. Нападение на центральный офис компании, осквернение корпоративного духа…
- О боже! Как такое могло случиться? – воскликнул Энди и прибавил громкость. Из-за помех изображение металось по экрану и казалось, что штраф-менеджер корчится в серой метели.
- Вот-вот! - крикнул штраф-менеджер. - Никто не понимает, что произошло. Это были обычные террористы, все шло по программе, их даже включили в шоу. Но что-то пошло не так. По-моему, что-то даже похищено, но я не уверен и не хочу быть уверен!
- Я не верю этому, я просто не верю…
- Энди, это правда! Тут идут разборки, серьезные разборки… Служба безопасности допрашивает всех служащих. Ты не представляешь, что здесь творится! Все просто с ума сошли! Чиф Ракшис прервал поклонение предкам и лично прибыл для расследования.
- Сам Чиф?!
- Да, Энди! Чиф Ракшис здесь.
- Тогда я верю, - сказал Энди. На самом деле ему не хотелось верить. Чтобы кто-то мог проникнуть в офисы "Мултазкинг", а уж тем более проникнуть в корпоративный храм? Чушь!
Но никто не смел упоминать имя Чифа Ракшиса всуе. И если штраф-менеджер целых два раза назвал имя главы "Мултазкинг", значит дело было скверно. Дело пахло протухшим бензином, а то и хуже – горящей нефтью.
- Энди, я отключаюсь! – сообщил штраф-менеджер. – Я и так использовал служебное положение. Они не хотели, чтобы ты знал, но я подумал… Энди, мы же в одной лодке, не так?
- Да-да, - пробормотал Энди. – В одной субмарине.
- В общем, я подумал, зачем кому-то знать, что ты был около клиники Святого Марка, когда ее взорвали? Там террористы, здесь террористы… Логика, в общем-то, есть, верно?
- Эй, ты на что намекаешь?
- Спокойно! Спокойно! Я-то знаю, что ты ни при чем. Но эти ребята из безопасности, они просто больные. В общем, Энди… В общем, я просто удалил все записи, говорящие о том, что ты был около госпиталя Святого Марка. Так будет лучше.
- Что?!
- Все будет хорошо, Энди! Ведь мы в одной лодке, не так ли? Все будет хорошо. И еще вот что. Та твоя ссылка на мой блог – это было здорово! Спасибо, Энди. Пока!
Энди хотел что-то сказать, но штраф-менеджер уже отключился. Его улыбка растаяла. Энди подумал, что уже жалеет о том, что связался с ним. Но ничего уже нельзя было изменить. Госпиталь Святого Марка был разрушен, и ссылка на блог уже стояла. Штраф-менеджер уже удалил файлы.
И Чиф Ракшис вернулся.
.
.
.
Предыдущая глава:
14 Кромка на грани |
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif?v=92.2){kind=small}
oilpunk
